Кассация напомнила о необходимости исследования причин банкротства

В рамках дела о несостоятельности общества (№ А65-4388/21) управляющим было подано заявление о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности.

Отказывая в удовлетворении требований, суды двух инстанций, исходили из того, что вступившим в законную силу определением суда по настоящему делу в удовлетворении заявления конкурсного управляющего об истребовании бухгалтерской и иной документации должника было отказано, поскольку судом был установлен факт передачи соответствующей документации конкурсному управляющему бывшим руководителем должника.

Также суды исходили из отсутствия доказательств того, что ответчик, не подавая заявление о банкротстве должника, действовал злонамеренно, умышленно скрывал от контрагентов фактическое имущественное и финансовое состояние должника.
Отказывая в удовлетворении заявления в части совершения убыточных сделок, суды указали, что совершение сделок, положенных в основу заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, не повлекло банкротство должника, поскольку вред, причиненный указанными сделками, в сравнении с общим размером требований кредиторов и масштабом деятельности должника не является существенным.

Кассация направила спор на новое рассмотрение, отметив следующее:

• В рассматриваемом случае, отказывая в удовлетворении заявленных требований по данному эпизоду, суды, по сути, исходили лишь из недоказанности материалами дела возникновения у ответчика обязанности по инициированию собрания в целях подачи заявления именно в указанную конкурсным управляющим дату -31.03.2019, отклонив его доводы о наличии у должника признаков неплатежеспособности со ссылкой на числящиеся по данным отчетности за 2018-2019 гг. активы.

• Вместе с тем вышеуказанные обстоятельства, подлежащие обязательному исследованию при рассмотрении вопроса о привлечении к субсидиарной ответственности за неподачу заявления в суд, судами не устанавливались: конкретный момент перехода должника в состояние неплатежеспособности или недостаточности имущества не определялся, проверка совокупности обстоятельств относительно даты объективного банкротства не осуществлялась. С учетом этого не устанавливалось, когда именно у руководителя должника возникла обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве в целях выяснения вопроса о наличии/отсутствии оснований для созыва собрания участником должника, какие обязательства возникли после указанной даты.

• С учетом изложенного выводы судов об отсутствии оснований для привлечения участника к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по созыву собрания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника и принятию такого решения являются преждевременным, в связи чем обжалуемые определение суда первой и постановление суда апелляционной инстанций в части вопроса об ответственности данного лица подлежат отмене.

• Перечисленные управляющим сделки не были надлежащим образом оценены судами на предмет их убыточности, вопрос о наличии/отсутствии оснований для переквалификации требования о привлечении к субсидиарной ответственности на требование о взыскании убытков суды не исследовали, степень влияния ответчика, являющегося одним из учредителей должника, на управление должником не устанавливали. При таких обстоятельствах полное освобождение судами участника от ответственности является преждевременным.

• В рассматриваемом случае, по сути, суды ограничились формальным указанием на недоказанность конкурсным управляющим совершения ответчиком действий, влекущих возможность привлечения его к субсидиарной ответственности. Между тем ни суд первой инстанции, ни апелляционный суд причины банкротства должника не выяснили, момент наступления объективного банкротства не определили, то есть спор по существу в данной части фактически судами не разрешен.


Фото: Freepik