Мораторий на банкротство: спасет ли он бизнес?

Мораторий на банкротство: спасет ли он бизнес?

Мораторий на банкротство: спасет ли он бизнес?

Управляющий Партнер адвокатского бюро «Юшин и Партнеры» Анатолий Юшин в своем материале поднял актуальные проблемы моратория на банкротство – действительно ли он может помочь бизнесу или «подводные камни» закона все-таки преобладают?

Мораторий на банкротство – одна из первых мер разрекламированного пакета помощи государства бизнесу в условиях жесткого экономического кризиса, вызванного пандемией.

Поправка в Федеральный закон «О несостоятельности», предусматривающая положение о праве правительства вводить такой мораторий, была спешно принята Государственной думой 1 апреля 2020 года. Буквально сразу появилось и постановление Правительства №428 от 03.04.2020 г., которым мораторий был введен на 6 месяцев.

Правительство определило круг субъектов, на которых распространен мораторий. Это, во-первых, юридические лица и ИП, которые осуществляют деятельность из списка кодов ОКВЭД, утвержденных специальной правительственной комиссией. Во-вторых, организации, включенные в перечень системообразующих. В-третьих, организации, включенные в перечень стратегических предприятий и стратегических акционерных обществ, утвержденный Указом Президента от 4 августа 2004 г. № 1009.

При этом уже 17 апреля 2020 года парламентом были внесены изменения в статью 9.1 закона о банкротстве, скорректировавшие некоторые «одиозные», вызвавшие набольшую критику бизнеса, положения первоначального варианта моратория.

Впоследствии в закон были внесены еще одни изменения, касающееся института судебной рассрочки.

Давайте попробуем разобраться какие основные идеи были заложены в статью закона о моратории на банкротство и как их реализация может сказаться на положении компаний и предпринимателей, ставших жертвами экономического кризиса.

Итак, закон предусматривает право правительства вводить мораторий на подачу кредиторами заявлений о банкротстве отдельных категорий предприятий и индивидуальных предприятий. В этом случае суд обязан возвратить кредитору поданное заявление о банкротстве должника, а Единый федеральный реестр сведений о деятельности юридических лиц (федресурс) не публиковать объявления кредиторов о намерении подать заявление о признании должника банкротом. Следует учесть, что при этом режим моратория не распространяется на заявления, поданные самими должниками. Также должник имеет право опубликовать информацию об отказе от моратория в отношении своей компании или ИП.

На срок действия моратория в отношении должников будут действовать специальный правовой режим, согласно которому:

  • приостанавливаются обязанности должника по подаче заявления о собственном банкротстве в случае, если компания или ИП отвечает предусмотренным законом критериям несостоятельности;
  • предприятие-должник не может выплачивать дивиденды, выдавать вышедшему из числа учредителей лицу стоимость его доли, осуществлять выкуп собственных акций;
  • не допускается обращение взыскания на заложенное имущество, в том числе во внесудебном порядке;
  • приостанавливается исполнительное производство по имущественным взысканиям по требованиям, возникшим до введения моратория (при этом не снимаются аресты на имущество должника и иные ограничения в части распоряжения имуществом должника, наложенные в ходе исполнительного производства).

Также для юрлиц, в отношении которых уже введена процедура наблюдения и для ИП, в отношении которых ведется процедура реструктуризации долгов, предусматривается возможность особого порядка погашения требований кредиторов – судебная рассрочка.

Судебную рассрочку можно назвать демоверсией института реструктуризации долгов юрлиц. 

Судебная рассрочка – процедура приостановления производства дела о банкротстве для целей составления и выполнения плана по реструктуризации задолженности компании или ИП.

Условиями судебной рассрочки являются:

  • изменение сроков уплаты обязательств, являющихся просроченными на дату возбуждения дела о банкротстве, а также обязательств, подлежащих включению в реестр требований кредиторов, срок исполнения которых наступает не позднее чем через один год с даты предоставления судебной рассрочки;
  • исполнение обязательств по выплатам ежемесячно равными долями в течение одного года;
  • право доступа кредиторов, сумма требований каждого из которых превышает десять процентов совокупной задолженности (за исключением заинтересованных по отношению к должнику лиц), включенной в реестр требований кредиторов, к информации об имуществе, имущественных правах и обязательствах должника в течение срока действия судебной рассрочки и обязанность должника предоставлять ее указанным кредиторам в разумный срок;
  • начисление предусмотренных договором процентов на период действия судебной рассрочки, превышающий один год (если начисление таких процентов в договоре не предусмотрено, начисляются проценты в размере ключевой ставки Банка России, действовавшей в период действия судебной рассрочки);

Принципиальным моментом является то обстоятельство, что судебная рассрочка в отличие, например от мирового соглашения распространяется на требования всех кредиторов, как включенных, так и не включенных в реестр требований должника.

После принятия первой редакции ст.9.1. ФЗ «О несостоятельности», принятые нормы были подвергнуты достаточно серьезной критике как бизнес-сообществом, так и юристами, работающими в сфере банкротства.

Основной тезис критических высказываний заключался в том, что поправки в закон, призванные облегчить участь должников в ситуации кризиса, в реальности не давали возможности бизнесменам, попавшим в сложную ситуацию «выдохнуть», но при этом блокировали возможности кредиторов по взысканию, по сути, усугубляя ситуацию.

В ответ на эти замечания государством и были внесены дополнительные изменения в принятую норму о моратории: сначала разрешив должникам в добровольном порядке отказываться от использования моратория, а позднее введя институт судебной рассрочки.

Возникает вопрос, насколько эффективен мораторий на банкротство как антикризисная мера с учетом внесенных поправок?

На мой взгляд, эффективность этой истории остается весьма сомнительной, хотя возможно, что процедура судебной рассрочки и сможет помочь незначительному проценту должников в восстановлении платежеспособности.

Проблема заключается в том, что, предусматривая мораторий для кредиторов на подачу заявления о банкротстве, законодатель одновременно с этим не дал должнику возможность за этот период времени попытаться спасти свой бизнес или реструктурировать накопившиеся задолженности.

Действительно, кредиторы не могут подать на банкротство должника, но могут подавать на взыскание денежных средств через исковое производство, в рамках которого ходатайствовать об обеспечительных мерах, например наложение арестов на счет, получать исполнительные листы в отношении должника.

В статье 9.1. специально оговорено, что на период действия моратория аресты, наложенные приставами на счета и имущество должников не снимаются. При этом сам должник не получает на период моратория иммунитет от возможности оспаривания сделок в соответствии со ст. 61.2 и 61.3 закона «О несостоятельности».

Таким образом, бенефициары компании-должника, по сути, лишаются каких-либо эффективных инструментов для привлечения финансирования, т.к. любые договоры займа, инвестирования или иные аналогичные сделки, после отмены моратория могут быть оспорены арбитражным управляющим и кредиторами в рамках процедуры банкротства.

Как представляется, именно эти нормы и являются краеугольным камнем всей ситуации с мораторием на банкротство. Сам по себе этот инструмент был придуман не в России. В условиях пандемии ряд европейских стран предусмотрел аналогичную меру в своем законодательстве. В данном случае, значительно ближе, мне кажется, немецкий подход, в том плане, что условия моратория в этой стране предусматривают максимально возможные гарантии для акционеров (учредителей) компаний-должников с точки зрения возможностей привлечения денег в свой бизнес.

Действительно, если мы хотим, чтобы «лежащие на боку» предприятия могли ожить, а в перспективе и расплатиться с кредиторами, надо предоставить собственникам бизнеса максимум возможностей по спасению своих предприятий. Безусловно, государство может и должно контролировать ситуацию с точки зрения возможного злоупотребления правами.

Можно было бы активнее задействовать «реабилитационные» процедуры в рамках законодательства о несостоятельности, т.е. те возможности, которые уже предусмотрены в законодательстве, но на практике – не работают.

Уже прописанные в законе процедуры, такие как внешнее управление, санация и мировое соглашение в реальности могли позволить значительному числу российских предпринимателей, с одной стороны, избежать «жесткого» банкротного сценария с оспариванием сделок и привлечением всех возможных лиц к субсидиарной ответственности. А с другой стороны, дать возможность провести разумную реструктуризацию задолженностей, т.е. найти тот самый необходимый баланс между интересами должников и кредиторов.



25.06.2020

Возврат к списку



Поделиться в соцсетях:




Комментарии Facebook