Влияние на волю должника как критерий контролирующего лица

Судом первой инстанции признано установленным наличие оснований для привлечения двух ответчиков к субсидиарной ответственности.

Апелляция в удовлетворении заявления отказала, исходя из отсутствия доказательств обладания одним из ответчиков какими-либо документами, ключами или иными средствами технического доступа к счетам должника, указав, что показания другого ответчика о том, что она передавала первому реквизиты и получала от него указания для перечисления денежных средств от должника третьим лицам, не могут быть положены в основу вывода о наличии у него контроля над должником.

Кассация оставила в силе определение первой инстанции, указав на то, что согласованные действия группы лиц в организации схемы по обналичиванию денежных средств привели к невозможности исполнения обязательств перед последним по возврату неосновательного обогащения и, как следствие, к объективному банкротству должника.

Вместе с тем, отказывая в привлечении одного из ответчиков к субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции фактически исходил из отсутствия доказательств обладания им какими-либо документами, ключами или иными средствами технического доступа к счетам должника, указав, что показания другого ответчика о том, что он передавал ему реквизиты и получала от него указания для перечисления денежных средств от должника третьим лицам, не могут быть положены в основу вывода о наличии у него контроля над должником. Также судом апелляционной инстанции не учтено следующее: заключение вменяемых ответчикам сделок должника было невозможно без осведомлённости как номинальных контролирующих лиц, так и теневых, а также без их одобрения со стороны последнего. 

Если заявитель с помощью косвенных доказательств убедительно обосновал утверждения о наличии у привлекаемого к ответственности лица статуса контролирующего и невозможности погашения требований кредиторов вследствие действий последнего, бремя опровержения данных утверждений переходит на привлекаемое лицо. Апелляционный суд безосновательно возложил это бремя на управляющего, объективно лишенного доступа к информации о финансово-хозяйственной деятельности должника. 

При этом суд первой инстанции, установив все признаки юридического состава, необходимые и достаточные для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, правомерно удовлетворил заявленные требования. Вопреки выводу апелляционного суда, лицо, не имеющее прямого доступа к счетам и документам предприятия, но отдающее указания тому, кто имеет такой доступ для совершения операций по ним, является контролирующим должника лицом. 

Таким образом, данный ответчик является одним из конечных бенефициаров извлекший личную выгоду в результате недобросовестного поведения при пользовании счетом должника, поступившими на него денежными средствами, в связи с чем имеются основания для признания его контролирующим должника лицом.

Фото: Freepik