Ключевые подходы к привлечению КДЛ к субсидиарке в судебной практике?

Привлечение к субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц (КДЛ) является одним из наиболее острых и динамично развивающихся институтов в российском банкротном праве. Суть этой ответственности заключается в том, что при невозможности полного погашения требований кредиторов за счет имущества должника, эти требования могут быть переложены на лиц, чьи недобросовестные или неразумные действия привели компанию к банкротству. Актуальная позиция Верховного суда (ВС) Российской Федерации направлена на уточнение критериев привлечения, индивидуализацию ответственности и защиту прав как кредиторов, так и самих КДЛ.

В первую очередь, судебная практика подчеркивает необходимость индивидуального подхода при оценке действий каждого контролирующего лица. Занятие одинаковых должностей или формальный статус КДЛ не означает автоматического соучастия во вреде. Суд обязан установить факт участия каждого конкретного ответчика в причинении вреда имущественным интересам кредиторов. Например, если член коллегиального органа управления одобрил только одну сделку по выводу активов, он несет ответственность только за последствия этого конкретного решения.

Во-вторых, Верховный суд РФ формирует единые подходы к определению размера субсидиарной ответственности. В расчет должны включаться не только требования, включенные в реестр, но и долги, предъявленные после его закрытия, текущие платежи, а также финансовые санкции и проценты, начисленные в ходе процедур банкротства. При этом из размера ответственности исключаются обязательства перед так называемыми «осведомленными кредиторами», то есть теми, кто знал или должен был знать о признаках банкротства контрагента, но все равно вступил с ним в договорные отношения. Исключение делается для «недобровольных кредиторов», таких как налоговые органы.

В-третьих, важным нововведением является возможность одновременного применения субсидиарной ответственности и взыскания убытков. Если суд выявит, что действия КДЛ привели к невозможности полного погашения требований кредиторов, он может привлечь это лицо к обоим видам ответственности. При этом возмещение убытков не препятствует дальнейшему привлечению к субсидиарной ответственности в части, не покрытой ранее взысканной суммой. Это связано с тем, что в основе обоих видов ответственности часто лежат одни и те же недобросовестные действия.

Практика ВС РФ затрагивает и вопросы правопреемства, допуская возложение субсидиарной ответственности на наследников умершего контролирующего лица. Наследники отвечают по таким обязательствам в пределах стоимости полученного наследственного имущества, что подчеркивает неразрывность ответственности за доведение компании до банкротства.

Таким образом, актуальная судебная практика направлена на ужесточение контроля за действиями КДЛ, повышение эффективности взыскания и, одновременно, на более тонкую и справедливую индивидуализацию ответственности.


Фото: Freepik