ВС осудил пассивность КДЛ в спорах о субсидиарке

8 сентября 2025 года в столичном суде (АС ГМ) должно состояться повторное рассмотрение дела (№А40-55223/2023), связанного с привлечением контролирующих должника лиц (КДЛ) к субсидиарке. В конце мая СКЭС ВС РФ направила дело на новое рассмотрение.

Речь в нем шла о тех случаях, когда молчаливое поведение КДЛ или их отказ активно участвовать в процессе суд вправе оценить как признак недобросовестности. В данном деле, как отмечает pravo.ru, СКЭС ВС пересмотрела правила того, как должно распределяться бремя доказывания.
 
История началась еще восемь лет назад. Гражданин Зинин добился взыскания 77 тысяч от фирмы «ИТ-Сток» по двум судебным делам. Однако исполнить решения оказалось невозможно: организация прекратила работу и была исключена из ЕГРЮЛ. Работа судебных приставов не принесла результатов.
 
Три года назад кредитор потребовал привлечения к субсидиарке руководителя фирмы Князевой и ее владельца Чигрина. Но арбитражные суды трех инстанций ему отказали, заняв единую позицию.
 
Суды указывали, что Зинин должен был доказать, что долги возникли по вине контролирующих лиц. То, что юридическое лицо было исключено из ЕГРЮЛ – недостаточное обстоятельства для субсидиарки. Кроме того, нужно было установить, что фирма обладала имуществом, которое могло быть скрыто или осознанно не использовалось для выплаты долга.
 
По сути, три судебные инстанции возложили бремя доказывания на кредитора, не имеющего возможности изучить корпоративные документы. Именно он, с точки зрения судов, должен был подтвердить наличие убытков и оснований для ликвидации организации, как и недобросовестность руководства.
 
С такой трактовкой ВС РФ был не согласен. СКЭС акты судов отменила. По мнению высшей инстанции, истцу нельзя вменять чрезмерное бремя доказывания, особенно если он — физлицо, не вовлеченное во внутренние процессы коммерческой структуры. В этом вопросе ВС РФ сделал ссылку на позицию КС РФ (постановление №20-П) о том, что кредитор не может предоставлять объективно недоступные ему доказательства.
 
ВС подчеркнул, что равенство сторон в процессуальных возможностях — ключевое условие подобных дел. Если кредитор доказал сам факт убытков, например наличие невзысканной задолженности и исключение должника из ЕГРЮЛ, то именно ответчик обязан пояснить причины, по которым организация прекратила работу, представить документы и подтвердить отсутствие своей вины. Игнорирование процесса, отказ давать объяснения или сокрытие информации трактуются как недобросовестность.
 
Верховный суд сформулировал принцип: КДЛ должны активно участвовать в деле о субсидиарной ответственности, раскрывать информацию об организации. Их пассивность может быть признана доказательством недобросовестности. Юристы отмечают, что это определение усиливает защиту кредиторов. По сути, ВС РФ подтвердил: ответственность за корректное прекращение деятельности бизнеса лежит на его владельцах и руководителях, а не на пострадавших кредиторах.