Момент расторжения договора против даты просрочки исполнения

Суды двух инстанций отказали в удовлетворении заявления, исходя из пропуска срока исковой давности.

Кассация направила спор на новое рассмотрение, указав на то, что срок исковой давности по требованию о взыскании убытков должен исчисляться с момента расторжения инвестиционного контракта, а не с даты истечения срока строительства, поскольку право на взыскание таких убытков возникает только после прекращения договора. Следовательно, заявление подано в пределах трехлетнего срока исковой давности, исчисляемого с даты вступления в силу судебного акта о расторжения договора.

Отказывая в удовлетворении требования, суды исходили из того, что материальный интерес кредитора полностью удовлетворен передачей земельного участка городу. Однако основной имущественный интерес кредитора заключался не в получении дохода от аренды земельного участка, а в приобретении права собственности на 40% нежилой площади объекта. Данный интерес не был удовлетворен, так как объект не построен и 40% его площади не переданы кредитору. 

Город не принимал на себя обязательство по строительству объекта в полном объеме и тем более по передаче его части в собственность кредитора. Даже если бы строительство объекта было завершено третьим лицом, это не лишало бы кредитора права требовать от должника возмещения убытков, вызванных его неисполнением.

Условия контракта об отсутствии ответственности должника по договорам и взаиморасчетам кредитора с третьими лицами не распространяется на спорные отношения, так как требование о взыскании убытков основано на собственном неисполнении должником своего обязательства перед кредитором.

Заключенное заранее соглашение об устранении или ограничении ответственности не освобождает от ответственности за умышленное нарушение обязательства. Расторжение контракта обусловлено существенными нарушениями со стороны должника, который на протяжении длительного времени (с 2018 года) не выполнял обязательства по строительству, что свидетельствует о наличии умысла. В рамках арбитражных дел уже установлены обстоятельства, имеющие преюдициальное значение для настоящего спора, однако суды первой и апелляционной инстанций эти обстоятельства не учли, что привело к ошибочным выводам.

Фото: Freepik